Константин Звездочетов

Два князя и царь железного камня

4 July - 5 August, 2023
Вид инсталляции
О выставке

Хроника прокрастинации

1978 год — Короче. Наш кубинский брат Мануэль Алькайде повёл нас в Кинотеатр Повторного Фильма на картину Эйзенштейна «Иван Грозный». Перед этим он сказал: «Это самый любимый фильм Чарли Чаплина, а я Чарли Чаплина уважаю».

Мы (это Свен, Андрюша Филиппов и я) посмотрели кино и «словили сатори». (Было такое выражение).

Эта история нас настолько «перепахала», что Третий Рим и двухголовая птичка фонили у нас всю оставшуюся жизнь.

1992 год — Заработав на квартиру, благодаря Документе-9, Владимиру Овчаренко и мозаике по мотивам «Кавказской пленницы», я решил развить успех и напридумывал разных монументальных объектов про нашу кинематографию. Например: «Чапаев и Петька с пулемётом» на кафеле, фреска «Три толстяка», «Андрей Болконский с флагом» в граните. Наконец, знаменитая детская коляска на Потёмкинской лестнице в Одессе.

Лестница, конечно же, должна быть из белого мрамора, а коляска — из золочёной бронзы.

У меня даже замаячили меценаты, готовые оплатить хлопоты. Но потом как-то всё рассеялось, и я отложил эту затею до лучших времён.

И всякий раз думал: «Вот, надо бы заняться». Думал-думал, а не решался.

1998 год — А жизнь, тем временем, подсовывала новые идеи. Как-то мне попался путеводитель по Салоникам. В нём я обнаружил прорись какой-то мозаики. «Вот, — подумалось мне, — было бы здорово сделать по этой прориси большую конструкцию из сваренных труб, позолотить их, а в этой декорации разместить видео со сценой венчания на царство из фильма «Иван Грозный».

Решил при случае кому-нибудь предложить это дельце. Решить-то решил, да опять не решился.

2004 год — Но однажды, волею судеб, я очутился в Салониках. Мы делали выставку у моей кумы Марии Цанцаноглу в музее, где она работает директриссой.

Естественно, как порядочный турист, я забрёл в общеизвестную «Ротонду святого Георгия» (несостоявшийся мавзолей императора Галерия, а сейчас музей, где иногда проводятся церковные службы).

И тут мне вспомнилась моя мечта из сваренных труб. Я поделился ею с Марией, но она сказала, что Церковь будет возражать. Поскольку я раскрыл мой замысел лишь в общих чертах, мне показалось, что Мария не поняла до конца, что предполагалось сделать. По моему мнению, духовенству бы всё понравилось.

Но мы не стали дальше обсуждать эту тему.

Тут Ваш покорный слуга поднимает свои ясные очи под купол Ротонды и цепенеет от охвативших его чувств. Передо мной та самая мозаика, прорись которой я видел в путеводителе. «Вот это чудо», — пронеслось в моей голове. Только здесь. И нигде больше. Так я решил. Решил и успокоился.

Пролетели годы. За это время к моей декорации присоединились и коляска с Потёмкинской лестницы, и свеча из «Александра Невского», и название придумалось. А ещё я постарел, выросли дети, друзья ушли, мир поменялся.

А воз и ныне там.

На исходе двадцатилетия в душу забралась вкрадчивая паника: «Ёксель-моксель! Так помру и ничего не сделаю!» Понял, надо сделать хоть как-то. За неимением гербовой, пишем на простой. В отчаянии обратился за помощью к Лене Селиной. Лена согласилась помочь. Пришлось обойтись без золочёных труб, мрамора и бронзы. Зато Саша Петрелли смонтировал мне прекрасное видео, Наташа Стейнерт сделала чудесную настенную роспись, Маруся Ладен помогала в проектировании декораций, Саша Александров всё смастерил, а Серёжа Хрипун вообще сделал всё, всё, всё. И за это я им очень благодарен, потому что получилось совсем недурно.

Почтеннейшую же публику прошу о снисхождении и не судить нас строго. Мы старались.

И нам, вслед за поэтом, тоже хочется и безумно жить, и всё сущее увековечить, и несбывшееся воплотить.

А как же иначе?

P. S. На протяжении трёх десятилетий я делился своими планами с Андрюшей Филипповым. Ему всё нравилось. Особенно название.

К сожалению, его теперь нет с нами, и он не увидит, как мечта стала явью. Через девять дней после нашего открытия, на Свв. Петра и Павла будет ровно год со дня его ухода. Поэтому посвящаю эту выставку его светлой памяти.

Константин Звездочётов